Главная

К истокам истории

Первопроходцы каменного века

Полёт стрелы

На пути к металлу

На окраине скифо-сарматского мира

О чём молчат летописи

На южных рубежах славянской земли

Перед суровым испытанием

Окончание ледникового периода совпадает с началом следующей за палеолитом археологической эпохи — мезолита, наиболее поздние памятники которого на Дону доживают вплоть до V тысячелетия до н. э.

Мезолитическая эпоха отмечена новыми явлениями в жизни и деятельности человеческих коллективов. Если некоторые из них покинули оскудевшие крупными животными охотничьи угодья, как это произошло на Дону, то на других территориях люди смогли приспособиться к изменившейся обстановке, овладев новым видом охотничьего оружия — луком и стрелами. Теперь объекты охоты стали разнообразнее: косуля, барсук, лисица, заяц, всевозможная птица и т. д. В то же время на бывшие приледниковые пространства стали проникать люди из южных районов. Группы пришельцев иногда смешивались с местными племенами, а иногда становились единственными обитателями покинутых мест.

Ставшая системой индивидуальная охота влекла за собой дробление некогда крупных палеолитических общин на небольшие бродячие коллективы, кочевавшие с места на место в поисках пропитания. У таких объединений уже отпала необходимость в строительстве долговременных жилищ: они довольствовались во время остановок сооружением ветровых заслонов, легких шалашей, а в зимнее время — переносных жилищ.

Основными находками мезолитической эпохи являются так называемые микролиты — мелкие кремневые пластины и их сечения (рис. 8, 2—8), которым придавалась форма разных геометрических фигур: трапеций, сегментов, треугольников, параллелограммов. Они служили наконечниками стрел, а главным образом — вкладышами, из которых составляли лезвия орудий с костяной или деревянной оправой (рис. 8, 9). Закреплялись они, как свидетельствуют находки, с помощью смолы. Нередко находят и нуклеусы, от которых получали мелкие пластины. Нуклеусы миниатюрны, симметричны, с ровной огранкой. Форма их чаще всего приближается к конусу (рис. 8, 1). Встречаются и некоторые другие типы изделий, возникшие еще в палеолите, но сами изделия стали значительно мельче и уже не подвергались обработке отжимной ретушью.

Поначалу может показаться, что люди мезолитической эпохи утратили многие общественные завоевания предшествующего времени. Но так ли это?

Во-первых, разве не достойно внимания то, что люди стали широко использовать составные орудия, которые можно быстро восстановить, без особого труда заменив испорченную часть? Экономилось время. Следовательно, человек стал значительно рациональнее: тщательности обработки изделий он предпочел увеличение их производства. Во-вторых, само изобретение лука и стрел сыграло огромную положительную роль в жизни людей, ибо расширяло сферу охотничьей деятельности и придавало ей избирательное направление. И, наконец, индивидуализация охоты предполагала большую подвижность человеческих коллективов, быстрое освоение новых пространств. Это в свою очередь создавало возможности для контактов между отдельными группами, обусловливающих более системную передачу и восприятие общественного опыта, расширение круга понятий, обогащение словарного фонда. На данной основе развивалась и такая важная форма общественных отношений, как обмен.

При подвижном образе жизни у людей резко возросла роль собирательства. Именно в недрах мезолитической эпохи заложены предпосылки к формированию земледелия и скотоводства, которые уже тогда были успешно реализованы в странах Старого Света, в том числе и на юге нашей страны. Нет, история человеческого общества в эпоху мезолита имела не только поступательное направление, но и многократно ускорила темпы своего движения! На фоне предшествующего времени скорость этого движения можно сравнить с полетом стрелы, выпущенной из лука опытной и сильной рукой.

Эпоха мезолита :

I — нуклеус, 2 8—пластины-вкладыши (4— «рогатая» трапеция), 9 — вкладышевое орудие (реконструкция).

На донской территории, как мы уже отметили, отсутствуют памятники переходного типа от палеолита к мезолиту (XII—X тысячелетия до н. э.). Нет здесь и ранних мезолитических стоянок (X—VIII тысячелетия до н. э.), в связи с чем мы вынуждены опустить в истории Подонья сразу несколько тысячелетий и обратиться ко времени позднего мезолита (VII—VI тысячелетия до н. э.), представленного на Среднем Дону несколькими стоянками. Справедливости ради следует сказать, что их поиски — дело чрезвычайно сложное, поскольку места для временных стоянок выбирались на песчаных участках надпойменных террас или дюн, и культурный слой за короткий срок практически не успевал складываться, а само место стоянки подвергалось развеиванию.

Что же за люди жили на Дону в конце мезолитической эпохи? Следов их пребывания пока обнаружено немного, но достаточно для того, чтобы иметь представление о занятиях людей, о территории, откуда они совершили длительный и дальний переход на Дон, о времени передвижения.

Это были типичные для мезолита подвижные охотники, которые вместе с женщинами, детьми и стариками составляли небольшие (от 18 до 25 человек по сравнительным этнографическим данным) родовые группы. Предметы их деятельности — те же микролитические орудия-вкладыши из кремня и кварцита. Но в мезолите ярче, чем в палеолитическую эпоху, высвечиваются границы между территориями с отличительными признаками археологического материала. А это значит, что каждая из территорий была занята родственными группами населения, объединившимися в племена. Но нет ли здесь противоречия? С одной стороны, мы говорим о бродячих группах, а с другой стороны — о племенах. Противоречие снимется, если принять во внимание, что «бродили» люди не бесцельно и не куда глаза глядят, а в поисках пропитания в пределах вполне определенной «кормовой» территории. Мезолитические общины по количеству в них людей были меньше палеолитических, но число самих общин увеличилось. И для каждой из них в силу характера хозяйства требовалось в несколько раз больше угодий. При благоприятных условиях росло население, от родовой группы, превысившей оптимальный для ее развития количественный рубеж, отделялась часть членов, занимая соседнюю территорию. У них сохранялось единство языка, традиций, быта, религиозных представлений и культовых отправлений, но уже в рамках не одного, а двух или нескольких родов, объединившихся в более крупную общественную организацию — племя. В процессе увеличения допустимой численности родов и племен при отсутствии свободных сопредельных территорий как раз и происходили передвижения в отдаленные области. Потому, на основании сходства археологических материалов, можно с большой точностью определить исходные центры, откуда шло продвижение племен.

Именно так произошло и в данном случае: мезолитические люди пришли издалека, из районов Северо-Восточного Прикаспия и Приаралья, а возможно — из глубинных пределов Средней Азии. На донских стоянках обнаружены изделия (включая и специфические «рогатые» трапеции-вкладыши) и такое количественное соотношение типов орудий в комплексах, какими характеризуются некоторые стоянки названных выше территорий. Причины передвижений заложены в сфере экономики и связаны с относительным перенаселением прежней территории, а в некоторых случаях — с неблагоприятными природными явлениями: длительной засухой, эпидемией и т. п.

Сейчас можно сказать определенно, что миграционная волна из юго-восточных пределов достигла Дона ко времени не позднее рубежа VI и V тысячелетий до н. э. Именно культура позднемезолитических пришельцев затем послужила основой для развития в Подонье своеобразной неолитической культуры.

Дальше